Вспоминать былое нелегко…

23 июня этого года жительнице села Заводского Анне Васильевне Федотовой исполнится 90 лет. Помимо удостоверений труженика тыла и ветерана труда, она бережно хранит в своей сумочке с документами три юбилейные медали и три удостоверения ударника коммунистического труда. И здесь же, рядышком, – награды мужа, Ивана Васильевича Федотова, который ушел из жизни уже больше двух десятков лет назад, но навсегда остался в ее воспоминаниях, в детях и внуках…

Анна Васильевна гостей в этот день не ждала и поэтому встретила нас немного настороженно. Зато ее домашние любимцы – кошка Маня и кот Кота – были настроены вполне миролюбиво и сразу же стали тереться о наши ноги, обвивая своими роскошными пушистыми хвостами. Мне бросилось в глаза, что хозяйка одета очень ярко и празднично: веселенький фартук с яркими клубничками, красивый халат, новенький платок.

-Она у нас любит красиво одеваться, — пояснила сопровождавшая нас дочь Анны Васильевны, Надежда Ивановна Щукина. – По дому ходит всегда нарядная.

-Дети не знают, что мне подарить, вот и дарят всегда платки. У меня их много скопилось, – с улыбкой заметила Анна Васильевна, поправляя нарядный платок.

Но улыбка спала с ее лица, когда начала вспоминать былое:

-У отца моего было пять сестер, родители умерли, когда ему было 15 лет, и он остался в семье за старшего. Жили они тогда в деревне Каркавино. В хозяйстве были две коровы, лошадь, сеялка и молотилка. Дедушка ходил по селу, побирался, тятя и позвал его жить к себе вместо отца. Он десять лет прожил и умер. Потом отец первый раз женился, его жена умерла при родах, а немного погодя и ребенок тоже умер…

Когда нас начали раскулачивать, отец убежал в Заводское. Мы остались одни. Потом тятя ночью приехал за нами и велел быстро собираться. Мы даже ничего с собой не взяли. Расстелили кошму, посадили нас с братом Колей и повезли…

Не хочу вспоминать. Шибко плохо было. Отец у нас здоровый был, работал грузчиком на лесозаводе.

Мы с братом начали в школу ходить. Потом война началась, и мы остались втроем. Отца забрали на фронт, брат Коля, 1925 года рождения, работал на пимокатном заводе, потом и его взяли в армию. Я три класса окончила и пошла работать. Работала везде: и бревна откапывала, и сучки сушила. Летом нас отправляли свеклу полоть, картошку огребать. Потом в Куличьем на шпалозаводе бревна катали. В Песьянке, в Петровке…

Однажды, когда я работала на Озере, у меня валенки были кошмой подшиты, подошва разорвалась, и я отморозила ноги. Ноги опухли, как будто наполнились водой. Меня лечила врач Вера Михайловна Авдейчик. Когда она вскрывала мои нарывы, я так кричала, что потеряла сознание.

Так и жили: зимой – завод, летом – колхоз. Куда пошлют, туда и идем. Нас было 11 человек девчат, а руководила нами Дуся Прыткова. Помню, как-то поселили рядом заключенных, и они начали к нам стучаться. Мы окошки выбили и ночью прибежали к бригадиру. Нас перевезли в другой дом. А через месяц выдали нам справки, что мы свое отработали, и мы поехали домой.

У отца первое ранение было легкое, а потом… Руку оторвало, ногу разворотило. Сколько помню, он плакал все время, потому что ничего делать не мог одной рукой. Пас коров, мы тоже держали большое хозяйство.

И у мужа Анны Васильевны судьба не из легких. Он служил в армии, поставили его кладовщиком. А потом на складе случилась растрата, и его посадили на пять с половиной лет. Когда они поженились, он работал мастером на лесозаводе. Потом решили поехать на заработки на Урал.

-Мне там не климат, — вспоминает Анна Васильевна, — я была худая, бледная, все время носом шла кровь. Муж работал в шахте, а потом его придавило, засыпало землей, откопали…

Года три мы там прожили и уехали. Я много страданий перенесла. Думала, хоть ребятишек вырастить, а там уж можно и умирать. А дожила до того, что почти все мои дети пошли на пенсию, кроме Тани. Муж мой умер 21 год назад. А я все живу. Вот уже шестеро внуков у меня и две правнучки. Плохо вижу, и ноги плохо ходят. Хорошо, хоть Надя приходит, без нее меня уже не было бы!

Впрочем, и остальные дети (а всего их у Анны Васильевны четверо), ее не забывают. Недавно сын установил ей специальный звонок, чтобы она могла слышать, кто идет. Он у нее военный, живет сейчас в Саратове, но часто звонит, чтобы узнать, как дела. Одна дочь живет в Барнауле, другая – в Заринске.

Но ближе всех к матери, конечно, Надежда Ивановна, живущая в этом же селе.

-Мама у нас никогда не сидела без дела, — рассказывает она. – Вышивала картины гладью и крестиком, вязала не только носки и варежки, но и кружева. А связанных ее руками половичков до сих пор целая стопка. А еще очень любила за грибами ходить. У нас раньше много груздей росло, она возьмет коромысло, два ведра – и пошла.

-Двигаться не буду – окостенею, — отшучивается Анна Васильевна.

Она и сейчас постоянно выходит на улицу. Больше всего огорчает ее то, что глаза плохо видят. Но свои любимые телепередачи «Модный приговор», «Пусть говорят» и «Давай поженимся» никогда не пропускает.

А еще переживает, что многие ее сверстницы уже умерли, ни одной подруги не осталось. А человек она очень общительный, по русской традиции вышла проводить гостей до калитки.

Под окнами у Анны Васильевны буйно разросся бадан. Когда-то он помог ей избавиться от болезни почек, и теперь она щедро раздает его всем родным и знакомым. Но главный рецепт здоровья и долголетия прозвучал в словах, которыми она напутствовала меня на прощанье:

-Дай Бог тебе здоровья, счастья и радости. И всегда будь веселой…

Светлана КУДИНОВА.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *