Семейный доктор – для малых и старых

17 июня – День медицинского работника

Заведующая Беловской сельской врачебной амбулаторией (СВА) Галина Михайловна Жукова вот уже четыре года является врачом общей практики, или семейным врачом. Для этого Галине Михайловне пришлось полгода учиться. Гинекология, педиатрия, неврология, хирургия – семейный доктор должен обладать знаниями в каждой из этих областей медицины, чтобы принимать пациентов любого возраста, включая беременных женщин и детей.

Накануне профессионального праздника мы говорим с ней о рабочих буднях Беловской СВА.

-Галина Михайловна, какое количество человек обслуживает амбулатория и сколько на вашем участке детей?

-На нашем врачебном участке проживает 3224 человека, из них – около 400 детей, малышей до года – 19. Все взрослое население Беловского, Ленинского, Лесного, Боровлянского, Степного, Зеленой Поляны, Загайнова, Кипешина, Белого, Усть-Гавриловки обращается к нам. «Наши» дети – из Ленинского, Лесного, Загайнова и Боровлянского, остальные «прикреплены» к Троицкой детской поликлинике.

Для обслуживания жителей сел мы составляем график выездов на год, и люди уже знают, когда мы приедем. Но в некоторых селах, как, например, в поселках Ленинском и Боровлянском, негде принимать пациентов. Если раньше мы вели прием в школах, то с их закрытием это стало проблемой. Есть определенные неудобства в том, что принимаем пациентов в клубах: некоторые стесняются говорить доктору о болезнях, так как за ширмой – очередь, которая слышит наш разговор. Еще в плане выездов у нас бывают накладки, ведь в амбулатории одна машина «скорой помощи», которая часто везет больных в краевые лечебные учреждения. Когда нам не на чем добираться до соседнего села, навстречу идут главы сельсоветов – по возможности выделяют транспорт. Я выезжаю в села лесной зоны, а терапевт Майя Анатольевна Черданцева обслуживает все остальные.

-Ощущается ли проблема кадров?

-Амбулатория укомплектована кадрами, наш коллектив – годами сложившийся, очень давно не было притока новых людей, так как не было вакансий. Но в прошлом году освободилось место терапевта, и пришла Майя Анатольевна. Когда-то у нас коллектив составлял 30 человек, сейчас – 14, люди в основном пенсионного и предпенсионного возраста. А работы очень много, так как требования ужесточаются, начиная с заполнения амбулаторной карты. Записи, например, нужно делать не только на бумаге, но и заносить в компьютер.

-Действует ли дневной стационар и на сколько коек он рассчитан?

-Дневной стационар на восемь коек очень востребован, даже создается очередь. Лечим пациентов с хронической патологией, не требующей срочного вмешательства. У нас хорошие взаимоотношения с работниками ЦРБ, и если я вижу, что пациенту нужна госпитализация, то все заведующие отделениями идут мне навстречу. Но, повторюсь, лечение больных с хроническими заболеваниями мы планируем в нашем дневном стационаре. Люди приезжают со всех сел. Кстати, только из Загайнова пациенты могут приехать к нам на автобусе, с другими селами нет автобусного сообщения, люди добираются на такси, а это обходится недешево. Если несколько человек из одного села должны лечиться в дневном стационаре, мы им сообщаем друг о друге, и тогда они кооперируются, чтобы удешевить свой проезд.

-А какие заболевания выявляются чаще всего?

-К сожалению, заметна тенденция к росту числа онкологических заболеваний. Но на краевых медицинских конференциях, которые я часто посещаю, приводят статистику, и на первом месте все-таки заболевания сердечно-сосудистой системы. Пациенты часто не обращают должного внимания на гипертонию, мол, сегодня плохо, но назавтра отлежался, полегчало, и необходимость идти к врачу вроде бы отпала. И так продолжается долгие годы. В результате мы получаем инсульты и инфаркты. Онкологию на ранних стадиях у женщин чаще всего выявляют по мазку, а вот от ФГС или колоноскопии пациенты нередко отказываются и готовы терпеть боль, пока это возможно.

Отрадно, что современная медицина все-таки дошла и до села. Про некоторые препараты я слышала, еще когда училась в институте, в нашей практике их не было, но в последние пять-семь лет они появились, и теперь набор фельдшера «скорой помощи» одинаковый как в Беловском, так и в Троицком, и в Барнауле.

Медработники нашей «скорой помощи» всегда рассказывают, как прошло дежурство, какие были больные, вызовы, что они предприняли, и так далее, потому что не все пациенты после оказания помощи приходят на прием. Работники «скорой» не могут назначить лечение, они снимают приступ, а если случай сложный – везут в больницу. А по-хорошему, после вызова «скорой помощи» пациент обязан прийти на прием; если человек не пришел, то мы посещаем его сами.

-Какова рождаемость на вашем участке?

-В среднем в год у нас рождается около 20 малышей. Когда начали выплачивать материнский капитал, то был небольшой всплеск рождаемости. Всех молодых мамочек мы знаем, берем их на контроль сразу после родов. Стараемся осмотреть детей в первые сутки после прибытия их домой. Дети проходят медосмотр ежегодно, но иной раз приходится напоминать об этом родителям.

-Какие заболевания чаще всего встречаются у детей?

-У новорожденных это перинатальное поражение центральной нервной системы, но чаще всего этот диагноз к году снимается. В начальных классах у большинства детей наблюдается дефект речи, это очень мешает им усваивать школьный материал. При этом некоторые мамы к дефекту речи детей относятся слишком спокойно, хотя очевидно, что занятия со специалистом ребятишкам необходимы. В средних и старших классах у школьников распространены такие заболевания, как гастрит, сколиоз, нарушение осанки. Гастрит можно связать с кариесом. Когда дети взрослеют, они сами начинают следить за собой, лечат зубы, и гастрит проходит.

-Во многих селах нет аптек. А в Беловском? Насколько проблематично людям ездить за льготными лекарствами?

-В амбулатории аптеки нет, но в поселке есть частная аптека. У нас есть список маломобильных граждан, которые сами не могут съездить в райцентр за льготными лекарствами, их доставляем мы. Хотя я с этим не согласна: если у человека нет родственников, но есть социальный работник, то он мог бы привозить льготные препараты по рецепту. Но система выстроена так, что мы сами выписываем лекарства, сами заверяем рецепты в ЦРБ и получаем препараты. Отрадно, что фармацевтика шагнула вперед, и мы сейчас можем выписывать человеку препараты для амбулаторного лечения, а не стационарного, и самое главное – есть препараты на любой кошелек. Поэтому на приеме мы у всех пациентов спрашиваем, сколько они могут потратить на лекарства. Чтобы не было такого, что назначили препарат, а человек его не принимает, потому что стесняется сказать, что не хватает денег. Мы можем назначить и более дешевый, хотя он будет и менее эффективным, но зато пациент его точно купит и будет лечиться.

-Насколько ответственно люди подходят к диспансеризации?

-Мы должны обеспечить 100-процентную диспансеризацию. Взрослые подлежат диспансерному осмотру раз в три года, но есть группа риска – граждане, которые должны проходить его ежегодно или раз в два года. Нашим пациентам немного сложнее проходить диспансеризацию, нежели жителям райцентра, у нас нет флюорографа, поэтому приходится ездить в ЦРБ, но лаборатория у нас не хуже, чем в районной больнице.

Многих, конечно, приходится уговаривать пройти диспансеризацию, но этому вопросу и на уровне государства уделяется серьезное внимание. Бывает так: человек заболеет и обвиняет всех вокруг, что просмотрели болезнь на ранних стадиях, а когда начинаешь листать карточку, то там написано, что пациент сам отказывался от осмотра. У нас уходит много времени и сил, чтобы в личных беседах или по телефону уговорить людей пройти диспансеризацию. Приглашаем на прием, и если человек не приходит, то отмечаем это в карточке.

Мы мечтаем о передвижном флюорографе – в этом плане люди у нас обследованы плохо.

-Какова материально-техническая база амбулатории, в чем вы нуждаетесь?

-Если честно, мы больше нуждаемся в ремонте, чем в медицинском оборудовании. Когда у нас закрылся круглосуточный стационар и мы перешли на дневной, то второй этаж здания оказался «лишним». Планируем, что дневной стационар в течение этого года мы переведем на первый этаж, у нас есть здесь пустующие кабинеты, но появляется опасение, что пустое помещение разрушится еще быстрее. В прошлом году для машины «скорой помощи» мы сделали теплый гараж из одного большого кабинета здания и заменили входные двери амбулатории. В этом году большого ремонта не планируется, только текущий. Кочегарка у нас угольная, мы арендуем ее у школы, мечтаем о своей газовой котельной. Зимой в больнице, конечно, прохладно, почти в каждом кабинете обогреватели, потому что нам нужен определенный температурный режим, ведь на прием приводят и маленьких детей, которых для осмотра нужно раздевать.

-Бывает ли такое, что в амбулатории нет посетителей?

-Меньше пациентов во время посадки огородов и уборки картофеля, но пустующих коридоров у нас не бывает. Я вспоминаю первые годы моей работы, когда летом вообще не было посетителей… Это говорит не о том, что люди раньше болели меньше, а о том, что с нас стали требовать больше, а мы, соответственно, – с пациентов. Подходит время обследования – и мы не отстанем от человека, постараемся все-таки «вытянуть» его на прием. Раньше мы не обследовали ежемесячно детей до года, а сейчас это – в обязательном порядке.

-Спасибо за интервью.

Наталья Заболотина.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *